Новации
Экзотичность
Архаизмы
▪ Отказ от индоевропейской системы (и от русской кальки в частности). См. Яфетический дрейф
▪ Освоение немых h, n, m в специфических конструкциях глагола
▪ Деление глаголов на две категории – градационные (инактивные) и аффективные (активные). Активный строй языка. Грамматические характеристики слова определяются главным образом на синтаксическом уровне. Префиксально выражаются действительная (k- «тот, кто») и страдательная (p- «тот, кого») одушевленности, а также неодушевленность имени (g- «то, что/чего») и места (f- «там, где»). Есть еще префикс процесса действия (v- «то, что делает...»)
▪ Более энергичное развитие глагольной парадигмы, чем именной
▪ Разрастание местоименной парадигмы, которое вызвало образование вспомогательной фонологической подсистемы. Как и в Сунилинусе, различаются не конец и начало слова, а его середина (глагол, маркируемый -s-) и оболочка. На границах слова (как правило, это местоимения) могут возникать аффрикаты, противопоставленные долготе и мягкости. Возникли они за счет стяжений и факультативны в орфоэпии (scaj-es-acaajs [džžεsaz’] «они, мужчина и женщина, идут к другим двум мужчинам и женщине»). Местоимение может передавать целое предложение (taabufaj [ta:buf’] «мы, мужчины, вместе с убитыми самками животных»)
▪ Исчезновение префикса страдательного залога неодушевленной категории (blus>plus «то, чего нет>ноль»)
▪ Появление маргинальных (шипящих, палатальных и геминированных звуков) в местоимениях, которые ставятся в начале и конце слова
▪ Стирание границ между морфемами
▪ Сокращение до двух падежей – поссесива и транслатива
▪ Язык принимает дуальную структурированную систему, которая пронизывает всю грамматику (два падежа, рода, лица, падежа, времени и т.д.)
▪ Усиление роли квалитативных согласных (ё, y)
▪ Разрастание набора дифтонгов за счет их лабиализации
▪ Допуск порядка слов VSO помимо установленного SVO: usabloralopl (ahusbloralopl) «Человек – мера всех вещей»
▪ Усовершенствование конструкции союзных предложений при помощи центрофикса и системы служебных слов типа Co...
▪ Обозначение вокатива, императива и дуальных местоимений при помощи h- (Hana! «Стоп!», Haa! «Люди!», Ha «Двое (людей)»
▪ Употребление сослагательного наклонения глагола на -v- (tvolana «я бы не остановился»)
▪ Обозначение прилагательных только через ограниченный набор прилагательных падежей (ad «маленький человек», az «большой», af «мертвый»...
▪ Прилагательные и наречия воспринимаются как качественные глаголы: «красивый (красиво)– быть красивым». Распространились поссесивные конструкции (uzegao «птица огня=огненная птица»).
▪ Зависимое слово всегда предшествует главному.
▪ Появление союзов r «для» (этот формант выступает и в роли непреходящей принадлежности) rr «как»
▪ Появление одноконсонантных глагольных формантов, как правило, в экспрессивных фразах: l «уничтожать», v «вести», b «совмещать» и т.д.
▪ В системе именных классов иногда проявляется противопоставление человек (гласная а) и не-человек (гласная о). Эти гласные могут быть беглыми (особенно о), последняя по этим характеристикам может считаться тематической гласной (tafras>tfras «я смотрю на тебя», lard «безногий», lord «безногость»
▪ Эпические прономены – специфические местоимения, основанные на именных классах (ta «я, человек», tüf «я высохшая река»)
▪ Мерос – протородовая категория, различающая левую и правую стороны (ard «правая рука», arf «левая рука»). На меросе основана система числительных
▪ Центрофикс вида Co...c... (первый элемент – союзный формант, а второй – союз «и»): Nosact «Не ты, а я». Роль союзов выполняют вторичные префиксы в сочетании с инфиксом
▪ Двуличная система местоимений
▪ Возможность образовывать 3-е лицо глагола нулевыми аффиксами (us «он есть у него»)
▪ Словообразовательные падежи: a «человек», ad «ребенок», az «господин», af «мертвец»...
▪ Важная роль местоимений маркировать границы слова (местоимение лица производящего действие ставится в начале, а местоимения в страдательных значениях – в конце). Элементы эргативного строя
▪ Разросшаяся категория именных классов
▪ 22-ричная система счета
▪ Использование квалитатива (грамматическая категории добра и зла) и связанный с ним респектив и инвектив (tё «ты, уважаевый», ty «ты, ничтожество»
▪ Фонемозначный характер языка, когда каждая буква несет семантическую нагрузку, из-за чего структура слов этимологически прозрачна
▪ Приоритет гласных над согласными (базовые корни монофонемны и состоят из одной гласной, а консонанты служат уточняющими маркерами)
▪ Частый случай зеркальности аффиксов (taa...aat «мы...их») и палиндромичность имени (afrfa «глаза глядят», arkra «ходьмя ходить», latrtal «слыхом не слыхивать»; ese «дело делать»)
▪ Позиционная инвариантность локативных формантов и соматических градиентов (-pa/ap «в человеке)
▪ Значение аффиксов меняется от позиции в слове (ka «тот, кто человек», -ka/ak- «над человеком», ak «человек себе»
▪ Использование падежных формантов g, t, p, в качестве границ между словами
▪ Различение, как в большинстве активных языков, органичной и неорганичной (стативной и динамической) принадлежности (faga «дом человека, не обязательно ему принадлежащий», fara «дом для человека, который всегда ему принадлежал»
▪ Морфологический и фонологический синкретизм. Даже глагол может выступать в роли существительного и наоборот (tas «я думаю о тебе», gastas «дума о тебе»). Почти у каждого гласного есть эллиптические формы, состоящие из одного консонанта (sut/sust «ты живешь у меня», tálk/tálsk «я убью себя»)
▪ Образование заимствованных слов через детерминативный формант -ro- и интервокальных чередований -h- и -n- (Ohinarohö «Российа – имя – земля)
▪ Темпоральная фонация – обозначение ирреального времени (прошедшее-будущего) посредством квази-тонов, иногда называемых еще фарингальными призвуками: tes «я делаю», tés [tε’s] «я, наверное, делал и, может, буду делать»
Практическая ценность
▪ Ультракомпактность, сокращение в несколько раз речевого потока, что теоретически способно увеличить скорость мышления
▪ Язык может рассматриваться, как мантическая система. Поскольку каждая буква в Арахау имеет конкретное значение, любое слово может получить свою интерпретацию. См. Интерпретация тайны имен человека
▪ Представляет интерес применить опыт Арахау в проверки таких лингвистических теорий, как моногенез и порождение слов из небольшого числа базовых звуковых комплексов. См. Лицевые и соматические таблицы
▪ Арахау аккумулирует наиболее архаичные приемы порождения слов и предложений, известные в лингвистике.
▪ Арахау можно задействовать как косвенный инструмент в дешифровке древних не-индоевропейских языков Средиземноморья, ключ к которым, казалось бы, потерян навсегда. См. Фиктивное родство
▪ Арахау может проявить интерес к небольшим, генетически изолированным языкам причудливыми приемами синтаксиса и лексики
▪ Использование приемов вторичной этимологизации незнакомых слов
Проблемы развития
▪ Окончательно не решен вопрос с переразложением (метанализом): urfa (кот) может интерпретировать не только как u-r-fa (животное для дома), но и ur-fa (медведь дома), u-rfa (животное левой человеческой руки), urf-a (левая лапа человека). Все зависит от разбиения слова на слоги. Существую правила борьбы с переразложением: ur-fa>urofa, urf-a>urfua
▪ Не существует правила расстановки ударения (обозначается грависом). Принято считать, что в Арахау нет ударения либо оно носит разноместный характер (в предложении падает, как правило на глагол). В некоторых случаях ударение помогает разграничить омонимы в Арахау: àra «брат», arà «сто человек»
▪ Нет правил (в прочем, как и в русском языке) слогоделения. Существует проблема переложения песен на Арахау
▪ Предлагается еще более расширить количество дифтонгов вида iV (ia, iu, io...) Это было бы целесообразно для борьбы с переразложением либо для повышения или понижения валентности глагола
▪ Есть определенная сложность в обозначении притяжательных местоимений (сравните tusa «я есть человек», ta «я (человек)» или «мой человек»
▪ Окончательно не решено, как произносить темпоральные гласные, обозначаемые акутом (вот так á) и передающие ирреальное время глагола – как тон (перерыв в голосе), придыхательную фонацию, фарингализацию или абрупцию гласной, эмфазу.
Применение полной или частичной редупликации в качестве категории рассредоточенного множества: rkark(a) «разошлись в разные стороны», frafr(a) «глаза разбежались»
▪ абхазский язык. Не имеет номинатива и эргатива при общем эргативном характере в организации предложения. Эргативным, номинативным, дативным и поссесивным конструкциям соответствует варьирование классно-личных префиксальных морфем в структуре глагола, выступающего в качестве целого предложения. Строго фиксирован порядок слов в предложении. Сохраняется грамматическая категория «человек – не-человек». Ущербное развитие категории падежа компенсируется разветвленной системой послеложных конструкций
▪ америндские языки. Выражение притяжательных местоимений «я книга= моя книга». Гипертрофированность местоименной системы и способность выражать трехкратную градацию близости и удаленности лица, отягощенную экс- и инклюзивными формами. Именная парадигма развита хуже глагольной. Прилагательные составляют крайне ограниченный класс слов. Вербоцентричная схема предложения.
В языке дакота 1-е и 2-е лицо различаются показателями, а 3-е не маркируется и приравнено к безличной категории: makhúže мне плохо, nikhúže тебе плохо, khúže плохо = ему (кому-то) плохо.▪ ква языки (йоруба, игбо, акан). Отсутствует пассив, 2 времени глагола – реальное и гипотетическое (настоящее-прошедшее и будущее-условное). Слова имеют обобщенное значение, для их конкретизации используется два и более форманта («цепочки»). Сложные слова и словосочетания принципиально не различимы. Четкая грань есть между глаголами и не-глаголами. Генитив выражается позицией. Строгий порядок слов, нерасчленимость, рамочная конструкция.
▪ кру языки (бете, басса, бакве). Использование сонорных инфиксов для логического отрицания: в бакве ka закрывать, kra открывать; в бете ka открывать, kla закрывать.
▪ баскский язык. Схожесть фонологии и приемов словообразования. Обнаружил множество одинаковых слов, значения которых практически одинаково. См. Арахау-баскская гипотеза
▪ нахско-дагестанские языки. Годоберинский язык имеет квази-тоны, развита система дифтонгов (в чеченском порядка 33 гласных с учетом полифтонгов. В хваршинском языке так же как и в Арахау творительный и дательный падежи совпадают. Одновременное сходство Арахау с баскским и годоберинским языками наводит на мысль об эускеро-дагестанском родстве, существовании некоего «фиктивного родства» между естественными и плановыми языками, а также подозрительных аналогиях между кавказскими и целым рядом априорных языков
▪ кетские языки. Синкретический строй языка, объединяющий в себе реликты эргативности и активности (также как и в айнском языке). Позднее развитие поссесивной конструкции. В предложении доминирует глагольная словоформа; обнаруживается тенденция к отображению в ее структуре всех членов предложения. Характерна слабая расчлененность слов в общекатегориальном плане. Морфологически оформлены лишь имена существительные, глаголы и личные местоимения. Система именных классов пронизывает всю морфологию глагола. Глагольная система необычайно сложна. До сих пор не выявлены все типы спряжений, так как любой новый глагол в речи кетов может неожиданно продемонстрировать свою особую структуру. Необычайно детализованная конкретика способа действия передается в виде нечленимых образований с широкой семантикой. Здесь есть и омонимоподобные синкреты (война = битва = сражение = бой = воевать = военный = боевой; дед = луна), и чрезмерно дробное различение слов (абсолютно разные формы для таких слов, как хвост птицы, рыбы, зверя; снег падающий, лежащий на земле, на деревьях...)
▪ памирские языки. В шугано-рушанском языке третье лицо глагола выражается указательным местоимением (похожий прием в айнском языке, где третье лицо глагола имеет иногда нулевой показатель)
▪ русский язык. Наличие видов глагола, сложность разбиения слова на слоги из-за скопления согласных (до четырех консонантов). Некоторые слова Арахау напоминают индоевропейские корни
▪ гуарани. Отсутствие падежей, активный строй языка выражен разной степенью контроля воли
▪ палеоазиатские языки. Полисинтетизм. В чукотском (также как и в грузинском) отсутствует ударение
▪ афразийские языки. Образование множественного числа посредством удвоения звуков. Широкое использование специфических для большинства других языков формантов – инфиксов, конфиксов, трансфиксов
▪ папуасские языки. В ряде языков есть двойственное, а порой и тройственное число (в личных местоимениях австралийских языков противопоставляется до 4 чисел). Представлена весьма сложная система счета, основанная на обозначении частей тела, используемые как отвлеченные единицы счета.
В высшей степени примечательно деление имен на классы в языке асмат. В нем пять классов. Это: 1) "стоящие" предметы - узкие и высокие, например, деревья или люди; 2) "сидящие" предметы - столь же высокие, сколь широкие, вроде дома, а также... женщины; 3) "лежащие" предметы - широкие и низкие. Сюда относятся, например, упавшие деревья, мелкие животные, особенно пресмыкающиеся, а также... только что вставшие из-за горизонта солнце или луна; 4) "плавающие" предметы, как-то: рыбы, лодки и сами реки; 5) "летающие" предметы, т. е. предметы, находящиеся выше обычного направления взгляда: птицы, насекомые, предметы, висящие наверху. (См. градация жизненной силы в Арахау).▪ андаманский язык. В этом изолированном и весьма архаичном языке (есть гипотезы о его родстве тасманийскому и папуасским) существует противопоставление самостоятельных и зависимых сущностей. Специфическим средством деривации (как и в Арахау) в диалекте онге является перемена основообразующего классификатора: m-i-dange 'моя кость", m-o-dange 'мой череп'.
▪ прибалтийско-финские языки. Характерны примитивным консонантизмом (если не брать в расчет долгие и палатализованные согласные) и разросшейся за счет дифтонгов системой гласных, которые противопоставлены по долготе, заднему и переднему ряду (умлауту)
▪ Авторские проекты апостериорных конлангов: Япык (лингвистическая игра, заменяющая свистящие, шипящие и фрикативные единственным звуком «п»), Дурлаа (лингвистическая игра, основанная на обоюдной мене согласных и гласных звуков, что делает похожим язык на финский), Сунилинус (лингвистическая игра, деформирующая все слова в палиндромы)
▪ Априорные языки ифкуиль, ро, aUI
▪ Смешанные языки: логлан, ложбан, Черное наречие Мордора, Ктулху
|
|
|
|
